- К тому, что Чернову не до мелких проблем, - тяжело вздохнул офицер. – В работе с командой «Дедала» учёный целиком и полностью полагается на меня и моих подчинённых. Сам он уже на корабле. Возвращаться на Землю не собирается. Если сделать замену в последний момент, то это будет выглядеть как вынужденная необходимость. Никакого шума, скандала.
- Если честно, звучит крайне неубедительно, - возразил Максим. – В течение двадцати лет крупный концерн строил рядом с «Восточным» мощную, развитую инфраструктуру. Жилой городок, стартовые площадки, сборочные цеха, ремонтные ангары. Чтобы попасть на территорию нужно было получить целую кучу допусков. Каждого потенциального члена экипажа тщательно, скрупулёзно проверяли. Наконец, грандиозное чудо технической мысли воплощено в реальность. До старта меньше месяца. Часть людей охватывает страх. И тут, будто из ниоткуда, возникает никому неизвестный чужак. Надевает скафандр, садится в челнок и спокойно летит на «Дедал». Никого данный факт не удивляет, не шокирует. По моему мнению, абсолютно нелепая, абсурдная история. Меня либо схватят на базе, либо изолируют на корабле.
- Довольно качественный, проницательный анализ ситуации, - констатировал Ильдар. – Здоровый, критический скептицизм. Однако ты не учитываешь ряд нюансов. Во-первых, это частная компания. Хаоса, бардака, неразберихи в ней хватает. В «Роскосмосе» такое невозможно в принципе. Во-вторых, несмотря на потраченные гигантские средства, отношение к проекту по-прежнему предвзятое, снисходительное. Ни научное сообщество, ни государственные чиновники не верят в успех миссии. Для них это безумная, разорительная блажь двух эксцентричных мечтателей. И, в-третьих, именно я отвечаю за комплектование экипажа. Чернов совершенно не разбирается в людях. Убедить его в правильности принятого решения будет несложно. Тут важно не допустить утечки информации. Вот над этим придётся поразмыслить.
- Тебе виднее, - пожал плечами Авдеев. – Я посоветовать ничего не могу…
С лёгким рокотом двигатель начал набирать обороты. Самолёт плавно тронулся с места, вырулил на взлётную полосу, ненадолго замер. Затем с нарастающим гулом набрал скорость, оторвался от земли и устремился в голубое безоблачное небо. Выдержав несколько секунд, молодой человек сдавленно поинтересовался:
- Не боишься, что наш разговор прослушивают? Салон маленький, тесный, акустика – идеальная, достаточно одного-двух микрофонов.
- Если тут что-то и есть, результат будет нулевой, - Гулиев с ледяным спокойствием достал из кармана аккуратный, компактный прибор. – Такой вариант был не исключён, и потому я принял соответствующие меры предосторожности. Эта невзрачная коробочка создаёт сплошные помехи в радиусе трёх метров.
- Поверю на слово, - натянуто улыбнулся Максим. – Пожалуй, посплю немного. Всю ночь на ногах…
- Конечно, - вымолвил Ильдар. – Обсудить детали ещё успеем. Перелёт до Благовещенска займёт часов девять.
Авдеев откинулся на мягкую спинку кресла, закрыл глаза и практически сразу провалился в чёрную беззвучную бездну. Окружающий мир абсолютно перестал для него существовать. Впервые за последние дни он чувствовал себя в относительной безопасности. Организм требовал отдыха, разрядки. Физическое и психологическое напряжение достигло своего апогея. В какой-то степени Максим утратил бдительность. Но тут уж ничего не поделаешь, силы человека не беспредельны. Посадка и дозаправка в Красноярске лишь на время вывела Авдеева из состояния небытия. Перекинувшись с приятелем парой ничего не значащих фраз, он снова впал в сладкую, блаженную дрёму. Гулиев разбудил его примерно за полчаса до прибытия в аэропорт Благовещенска. Кратко, чётко, конкретно проинструктировал товарища. Теперь всё зависело только от решительности, напористости, целеустремлённости офицера.
Самолёт плавно коснулся поверхности и, постепенно снижая скорость, покатился по посадочной полосе. В иллюминатор Максим видел, как в стороне промелькнул ярко освещённый основной терминал. В Благовещенске уже глубокая ночь. Медленно, аккуратно летательный аппарат вырулил к одинокому перрону с тусклыми жёлтыми огнями. Как только опустился трап, мужчины покинули самолёт. Быстро зашагали к стоящему метрах в пятидесяти массивному чёрному электромобилю. Лёгкий, едва различимый щелчок и замки разблокировались. Авдеев бесшумно, проворно нырнул в открывшийся багажник. Вскоре машина тронулась. Возле контрольно-пропускного пункта остановилась, но почти сразу продолжила движение. У Ильдара безупречные документы. Для офицера авиабезопасности конфликтовать в высокопоставленным представителем спецслужб себе дороже. Лучше не лезть туда, куда не надо.
Томительное путешествие в тёмном замкнутом пространстве заняло почти три часа. Оно прошло без каких-либо серьёзных приключений. Внешний и внутренний посты охраны на базе Гулиев преодолел без тщательного досмотра. Подвергать его формальной, унизительной процедуре никто не осмелился. В компании довольно небрежно относились к соблюдению инструкций. Это действительно не «Роскосмос». Минут через десять электромобиль замер. Глухо хлопнула дверца машины. Спустя мгновение открылась крышка багажника.
- За мной! – негромко скомандовал Ильдар.
Максим покорно выполнил приказ приятеля. Следуя за Гулиевым, непроизвольно, рефлекторно окинул взглядом окрестности. Они в центре обширного жилого городка. Стоящие в ряд одноэтажные модульные здания, узкие пешеходные дорожки, ровные ухоженные аллеи. На прямоугольных бетонных площадках припаркованы недорогие электромобили. Чёткая упорядоченная геометрия. Сразу видно, что база строилась по строгому плану. В свете синеватых фонарей, с трудом рассеивающих предрассветный сумрак, картинка казалась какой-то неестественной, лубочной. Стремительно преодолев расстояние, отделявшее их от ближайшего здания, мужчины замерли у двери. Ильдар обернулся, внимательно осмотрелся. На улице ни души. Раннее утро, обитатели городка ещё крепко спят. С помощью электронного ключа он открыл замок и вошёл в дом.
Авдеев ни на шаг не отставал от товарища. Внутри тишина и запустение. Медленно, постепенно глаза адаптировались к темноте. В густом, липком мраке вырисовывались очертания предметов. Гардеробный шкаф, кухонная стенка, обеденный стол. Гулиев нигде не задерживался. Но вот он достиг спальни и остановился.
- Поселишься здесь, - произнёс офицер. – Комната небольшая, но уютная. Рядом туалет и душевая. Окно плотно зашторь, свет не включай. Остальными помещениями пользуйся по минимуму. Тебя ни в коем случае не должны заметить.
- А если кто-нибудь придёт? – спросил молодой человек.
- Вряд ли, - ответил Ильдар. – Тут жил один из членов экипажа, который уже отправился на корабль. Тем не менее, я перекодирую замок. Еду и воду принесу попозже.
- Отлично, - прокомментировал Максим, садясь на край кровати. – Главное, не помереть со скуки.
- Об этом не беспокойся, - парировал Гулиев. – Работой тебя обеспечу. Будешь готовиться к полёту. И не забывай о физической форме. Дополнительные тренировки не помешают.
- Кстати, а вдруг я не вынесу перегрузок? – поинтересовался Авдеев. – Кандидаты ведь проходили обучение на специальном оборудовании.
- Потерпишь, - жёстко обрезал приятель. – Ты парень крепкий, здоровый, выносливый. Невесомости можешь не бояться, на судне искусственная гравитация. Тяжело придётся лишь во время старта. Дальше будет легче.
- Спасибо, обнадёжил, - невесело хмыкнул молодой человек.
- У тебя есть другие предложения? – молниеносно отреагировал Ильдар.
- В том-то и дело, что нет, - вздохнул Максим. – Просто уж очень резкий, неожиданный поворот в судьбе.
- Ты ещё не в космическом челноке, в любой момент можешь отказаться, - сухо отчеканил Гулиев.
- Но в любом случае нужно восполнить пробелы в образовании, - горько усмехнулся Авдеев.
- Именно, - подтвердил офицер, бросая взгляд на часы. – Мне пора. Я отсутствовал целые сутки. В данной ситуации это немало. На базе всё быстро меняется.
Не прощаясь, Ильдар поспешно покинул здание. Максим оказался в мрачном, запертом, отрезанном от мира строении. В определённом смысле это своеобразная ловушка. Вырваться из неё нет ни единого шанса. Охрана сразу схватит чужака, незаконно проникшего на запретную территорию. Что ещё более удивительно, Авдеев сам выбрал такой вариант. По сути дела его, как дикого зверя, загнали в угол. Огрызаться, кусаться он больше не мог. Оставалось только бежать. Но охотники следовали буквально по пятам. Предложение Гулиева, если честно, не вызвало у молодого человека особого восторга. Дерзкая, безрассудная экспедиция к звёздам – это опасная, сомнительная авантюра с непредсказуемым финалом. А умирать Максим не торопился. Тем не менее, возражать не стал. В его положении нужно прорабатывать все сценарии. Участие в отчаянной космической миссии – один из них.
Ильдар вернулся поздним вечером, когда окончательно стемнело. Бережно поставил возле кровати огромную сумку, опустился на колено достал из неё планшетный компьютер.
- Я загрузил всю необходимую информацию, - проговорил приятель, протягивая его Авдееву. – Начни с изучения членов экипажа. Запоминай лица, имена, фамилии, должности. Там же есть психологическая характеристика. Склонности, особенности, недостатки. Поможет при адаптации. Ты должен органично, безболезненно вписаться в коллектив.
- Об этом потом, - перебил Гулиева молодой человек. – Ужасно хочу пить…
- Внутри две пятилитровые бутыли с водой, - вымолвил офицер. – Там же запас еды на несколько дней. Хлеб, овощи, фрукты, консервы.
Максим извлёк из сумки пластиковую ёмкость, открыл её и жадно припал к горловине. Утолив жажду, кратко пояснил:
- Пить из-под крана не рискнул. Ты ведь не зря сказал, что принесёшь воду.
- Правильно сделал, - кивнул головой Ильдар. – Сантехники знали, что дома скоро опустеют, и давно не меняли фильтры. Экономия.
- Странное отношение к будущим героям космоса, - язвительно прокомментировал Авдеев.
- Я предупреждал, - небрежно пожал плечами Гулиев. – Проект частный, очень затратный. Инвесторов, желающих его профинансировать, немного. Потому порядки здесь необычные, специфические. Абсурдное, парадоксальное сочетание технической гениальности и бытовой расхлябанности.
- Надеюсь, что корабль не взорвётся по вине какого-нибудь чересчур ретивого болвана, - фыркнул молодой человек.
- Нет, можешь не беспокоиться, - произнёс приятель. – На пусковой площадке всё строго. Скрупулёзная, доскональная проверка каждого элемента.
- Хоть это радует, - Максим с хрустом впился зубами в сочное красное яблоко.
- Учти, времени мало, - напомнил Ильдар. – Завтра на орбиту отправляется вторая группа. Через неделю третья…
- Сколько их всего? – уточнил Авдеев.
- Пять, - ответил Гулиев. – В твоём распоряжении девятнадцать дней.
- И чьё место я займу? – спросил молодой человек.
- Офицер охраны, ведущий специалист по вооружению, - невозмутимо отчеканил Ильдар.
- Значит, миссия не такая уж мирная, - констатировал Максим.
- Элементарная мера предосторожности, - парировал Гулиев. – Чернов был против, но контора настояла. Представь, что судно достигло другой звёздной системы. В ней есть пригодная для жизни планета. И неважно, обитаема она или нет. Путешественники при любом раскладе попытаются высадиться. И тут возможна масса вариантов. Они могут вступить в контакт с высокоразвитыми разумными существами, встретиться с воинственными агрессивными аборигенами или столкнуться со свирепыми кровожадными хищниками. И тогда оружие им определённо пригодится. Как и профессионал в данной области.
- Это ваш человек в команде, - догадался Авдеев.
- Да, - подтвердил приятель. – И ты способен заменить его без потери качества. Отличное знание материальной части, превосходные навыки, богатый боевой опыт.
- Сомневаюсь, что подобная рокировка понравится твоему начальству, - заметил Максим. – Да и парень будет не в восторге.
- Я ещё не до конца продумал план, - бесстрастно отреагировал Ильдар, - пока у меня только общие, предварительные намётки. Офицера зовут Андрей Свиридов. Вы с ним примерно одной комплекции. В скафандре ни за что не отличишь. На всякий случай при посадке в челнок опустишь солнцезащитное забрало шлема.
- Ты сам-то веришь в то, что говоришь? – поинтересовался Авдеев. – Там везде камеры. Чужака сразу вычислят и схватят.
- Не факт, - возразил Гулиев. – У технического персонала другие заботы. Сотрудники центра управления тоже не рискнут вмешиваться. Комплектование экипажа исключительно моя прерогатива. А я буду сопровождать тебя. Замену произведём в самый последний момент.
- И зачем Свиридову соглашаться на это? – молодой человек достал из сумки апельсин.
- Сделаю ему убедительное, чрезвычайно выгодное предложение, - произнёс Ильдар. – Деньгами готов поделиться?
- Без проблем, - Максим начал очищать кожуру. – Назови сумму.
- Ещё не знаю, - ответил Гулиев. – Траты предстоят значительные. Намереваюсь откорректировать базу данных. Превратить тебя в Андрея Свиридова.
- А куда денется настоящий? – Авдеев пристально посмотрел на товарища.
- Исчезнет, - выдохнул офицер. – Получит крупное вознаграждение, новую личность, новые документы и уедет заграницу, в тёплые благословенные края.
- Ты действительно способен это устроить? – удивился молодой человек. – А как же система распознавания лиц? Дактилоскопия?
- Нет ничего не решаемого, - мрачно усмехнулся Ильдар. – Вопрос только в цене и сроках.
- Тогда к чему такие сложности? – растерянно пробормотал Максим. – Проверни этот трюк со мной.
- Нет, - Гулиев отрицательно покачал головой. – С тобой подобный номер не пройдёт. Романов наверняка подстраховался.
- Ладно, - Авдеев досадливо поморщился, - но ведь будут трансляции и из челнока, и с борта корабля. Могут возмутиться члены экспедиции.
- Маловероятно, - сказал приятель. – Скорее всего, воспримут произошедшее как форс мажор. Вынужденную необходимость. На фоне отказов вполне реалистичная ситуация. Я же попрошу Чернова не акцентировать внимание на негативных аспектах. Кроме того, судно покинет орбиту планеты уже через день после твоего прибытия. Последним рейсом доставят вспомогательных специалистов. Разгон по расчётам займёт около месяца. Потому свое имя никогда не называй, в камеры не попадай. Впрочем, даже если это выяснится, обратно тебя при всём желании не вернут.
- Не боишься, что кто-нибудь из твоего ведомства пронюхает? – уточнил молодой человек.
- Конечно, гарантировать ничего нельзя, - пожал плечами Ильдар, - однако попробовать стоит. Вдруг прокатит…
- Наглая, отчаянная авантюра, - резюмировал Максим.
- Как раз в твоём стиле, - прокомментировал Гулиев. – Иначе ты не живёшь.
- Пожалуй, - печально вымолвил Авдеев. – Но план откровенно сырой, дырявый…
- Исправим, - проговорил офицер, выпрямляясь. – Мне пора. Не теряй время напрасно. Немедленно приступай к работе.
Продолжать дискуссию дальше не имело смысла. Мужчины обменялись крепким рукопожатием, и Ильдар зашагал к выходу. Дверь за ним тихо, надёжно закрылась. Проверив шторы на окне, Максим включил планшет. В самом центре рабочего стола сразу увидел загрузочный значок. Через мгновение перед Авдеевым предстали все члены экипажа. Двадцать четыре фотографии. При нажатии на изображение появлялось несколько страниц плотного, убористого текста. Полное, детальное описание каждого человека. Подробная биография, точная, скрупулёзная медико-психологическая характеристика, комплексный анализ ценностно-мотивационного поведения. Тут было абсолютно всё: тип характера, особенности воспитания, достоинства, недостатки, ключевые страхи, способы коммуникации. Аккуратно, старательно вывернутая наизнанку личность. Без сокровенных тайн и профессиональных секретов.
Две с половиной недели пролетели невероятно быстро. Молодой человек наизусть заучил предоставленную ему информацию. Максим буквально сжился, сросся со своими будущими коллегами. Прекрасно знал, что их волнует, беспокоит, тревожит, чем они увлекаются, интересуются, на какие темы можно беседовать, а какие лучше не затрагивать. В состав экипажа входили семь женщин. Возраст от тридцати до сорока шести. Все бездетны. Но не по физиологическим параметрам, а потому, что так сложились обстоятельства. Две сразу понравились Авдееву. Симпатичные, обаятельные, с хорошим чувством юмора. В компьютере оказались видеозаписи с тестированием на совместимость и стрессоустойчивость. Вполне адекватные, разумные люди. Даже не верилось, что столь интеллигентные, здравомыслящие красавицы добровольно согласились участвовать в этой опасной, самоубийственной миссии.
Гулиев появлялся раз в три-четыре дня. Приносил еду, воду, одежду. Без лишних разглагольствований загружал в планшет новые сведения. То, что потенциальные кандидаты изучали в течение года, Максиму предстояло освоить за полторы декады. Устройство и правила пользования скафандром, проектная планировка судна, аварийные протоколы, порядок действий в нештатных ситуациях, основы космической медицины. И это только общая информация, а была и узкоспециализированная. Оружие, защитное снаряжение, средства связи. Некоторые образцы довольно сильно отличались от стандартных, типовых. Самое отвратительное, что всё это сплошная теория. Ничего реально потрогать руками Авдеев не мог. Вишенкой на торте стало наличие на «Дедале» трёх лазерных пушек. С ними Максим вообще никогда не сталкивался. Одним словом, крайне неприятный сюрприз.
Как ни странно, план Ильдара постепенно, неумолимо претворялся в жизнь. В подробности молодой человек не вдавался, но спустя неделю Гулиев сообщил, что ему удалось решить все спорные моменты со Свиридовым. Для завершения сделки требовались деньги. Речь шла о четырнадцати миллионах долларов. Авдеев без колебаний передал товарищу приватные ключи к двум криптокошелькам. Сумма, которой теперь распоряжался Ильдар, с лихвой покрывала все расходы. Накануне старта, поздним вечером офицер привёз скафандр. Максим должен был облачиться в него утром. Кроме того, Гулиев оставил приятелю несколько фармакологических препаратов. С их помощью будет легче перенести пиковые перегрузки. О целесообразности данного поступка друзья больше не полемизировали. Операция запущена. Пути назад нет!
На рассвете к дому подъехал небольшой затонированный электробус. Ильдар сам сидел за рулём. Боковая дверь плавно открылась. Короткий стремительный рывок и Авдеев уже в машине. Транспортное средство тут же тронулось. На мелькавшие за окном строения молодой человек не обращал ни малейшего внимания. Он никак не мог избавиться от ощущения, что всё это нереально. Что это жуткий, кошмарный, фантастический сон. Всего месяц назад Максим купался в тёплом ласковом море, гулял по роскошной набережной Сочи, беззаботно проводил время в респектабельных ресторанах, ночных клубах, казино. Дорогое вино, ритмичная музыка, шикарные женщины. О полёте в космос Авдеев даже не думал. И вдруг такой крутой, неожиданный поворот. Без сомнения, судьба сыграла с молодым человеком очень, очень злую шутку. Её язвительный, издевательский смех до сих пор звучит в ушах.
Машина замерла метрах в двухстах от пусковой площадки. Минут через десять туда же подъехал огромный премиальный электробус. Из него вышла группа людей. Четверо были в таких же скафандрах, что и Максим. Гулиев торопливо зашагал к ним. Поздоровался, перекинулся парой фраз, жестом позвал Андрея Свиридова. Они вдвоём направились к машине. Авдеев тотчас надел шлем, опустил солнцезащитное забрало. По легенде офицер проводил профильный углублённый инструктаж. На пять минут мужчины исчезли из вида. Выдержав необходимую паузу, Ильдар и Максим двинулись обратно. Со Свиридовым молодой человек ни словом не обмолвился. Тот быстро, лихорадочно переодевался. Чужие проблемы его мало волновали. Гулиев проводил товарища непосредственно до лифта. Дополнительная мера предосторожности. Чтобы никто не задавал глупых вопросов.
- Удачи, - шепнул он на прощание возле кабины.
Авдеев лишь помахал рукой в ответ. Подготовка к старту заняла почти два часа. Специалисты проверяли исправность всех систем. Это было самое напряжённое, мучительное время. Подмена могла вскрыться в любой момент. Тогда строгие регламентные процедуры немедленно остановят. Разразится громкий скандал, начнётся внутреннее расследование. Ильдару вряд ли удастся оправдаться. Не поможет даже его высокое положение. Однако операторы ничего подозрительного не заметили. Или не хотели замечать. Такой вариант тоже исключать нельзя. Порой внезапная слепота появляется благодаря щедрому вознаграждению. С камерами в городке Гулиев точно поработал. Иначе охрана давно бы вычислила чужака, незаконно проникшего на запретную территорию. Наконец, раздалась финальная команда, челнок вздрогнул и с грозным оглушительным гулом оторвался от земли. Максим облегчённо вздохнул.
Впрочем, его радость была недолгой. Тело молодого человека вдавило в кресло, окружающий мир поплыл перед глазами, кровь загудела в висках. Судорожно стиснув зубы, Авдеев с трудом сдерживал рвущийся наружу крик. Перегрузка оказалась значительно больше, чем он ожидал. К счастью, препараты Ильдара сняли боль, выровняли бешеный ритм сердца и не позволили сознанию поплыть. Через пару минут чудовищная тяжесть вдруг исчезла. Наступила звенящая, неестественная тишина. Ремни безопасности болезненно натянулись, тело невесомо потянулось куда-то вверх. Максим инстинктивно повернул голову к иллюминатору. Ласковое лазурное небо превратилось в фиолетово-чёрную бездну. По изогнутому краю горизонта плыли кружевные, пушистые, отбрасывающие тени облака.
Примерно через час челнок приблизился к «Дедалу». Стыковка, осуществлявшаяся в автоматическом режиме, прошла безупречно. Это штатный, рутинный манёвр. К нему все давно привыкли. Авдеева опять вжало в кресло. Он сразу почувствовал лёгкую, едва уловимую вибрацию. На корабле действительно присутствовала искусственная гравитация. После того, как вспыхнул разрешающий индикатор, члены экипажа отстегнули ремни и сняли шлемы. Молодой человек, без промедления, последовал их примеру. На секунду в кабине воцарилась немая сцена. Спутники Максима недоумённо, растерянно смотрели на незнакомца.
- А где Андрей? – после неловкой паузы спросила Татьяна Шадро, старший врач «Дедала».
Авдеев бросил взгляд на панель управления. Светодиод, сигнализирующий о ведущейся трансляции, почему-то отключился. Явно вмешался кто-то в Центре Управления.
- Я Андрей Свиридов, - спокойно представился молодой человек.
- Понятно, - хмуро буркнул Борис Дольчик, штатный геолог экспедиции. – Шаблонный, излюбленный трюк спецслужб. Они просто не могут без этих игр.
- Что-либо комментировать не в моей компетенции, - бесстрастно заметил Максим.
- Разумеется, - презрительно произнёс мужчина. – Очередной безликий, узколобый исполнитель.
- Прекратите, - вмешалась Ирина Седова, химик-биолог. – Давайте обойдёмся без ссор и взаимных оскорблений. Не мы здесь принимаем решения.
Члены экипажа благополучно преодолели стыковочный узел и оказались на корабле. Его размеры шокировали, ошеломляли. Авдеев даже не представлял, что человечество способно построить в космосе столь масштабный объект. Рассказы, описания Гулиева, конструктивные схемы и планы не шли ни в какое сравнение с реальностью. Длинные узкие коридоры с несколькими боковыми ответвлениями расходились по судну, словно кровеносные артерии по телу. И они не пустые – вдоль потолка тянулись кабельные лотки и магистрали системы жизнеобеспечения. В стены из легкосъёмных панелей вмонтированы многочисленные датчики. На полу антистатическое покрытие с магнитными полосами на случай отказа генератора гравитации. Она, кстати, чуть меньше земной. Это сразу ощущалось по неестественной лёгкости и упругим, пружинистым шагам.
Последнюю группу встречал сам создатель данного технологического чуда, Сергей Чернов. Ему пятьдесят семь. Высокий, поджарый, с обильной сединой в коротких русых волосах. Приветствуя подчинённых, он не выразил ни малейшего удивления, увидев нового члена экипажа. Значит, Ильдар сумел предупредить руководителя экспедиции о срочной кадровой замене. Тем лучше. С легализацией проблем не возникнет. А вот с адаптацией, с вливанием в коллектив, судя по реакции Дольчика, определённых сложностей не избежать. Молодому человеку придётся приложить немало усилий, чтобы растопить лёд глухого, настороженного отчуждения. Для слаженной, сплочённой команды «Дедала» Максим был лишь безликим, неизвестным чужаком. Инициатива к налаживанию контакта должна исходить с его стороны. Вот для чего Авдеев изучал психологические портреты будущих спутников.
На отдых и адаптацию Чернов дал прибывшим всего три часа. Время поджимало. Ровно через сутки кораблю предстояло покинуть орбиту планеты. Откладывать старт из-за мелких, несущественных неполадок руководитель экспедиции не собирался. Экипаж справится с ними в процессе разгона. Все основные системы работали идеально, а этого вполне достаточно, чтобы отправиться к далёким звёздам. Улучшать, совершенствовать, модифицировать отдельные узлы и механизмы можно до бесконечности. В какой-то момент нужно остановиться и принять решение. Тщательно взвешенное, прагматичное, но оттого не менее дерзкое, смелое, волевое. Что Чернов и сделал. Ну, а так, как он никому официально не подчинялся, то повлиять на его позицию никто не мог. В назначенный срок «Дедал» запустил двигатель и устремился в бесконечные, таинственные глубины космоса.
Готовясь к путешествию, Максим думал, что умрёт от скуки на корабле. Однако молодой человек ошибся. Месяц пролетел непостижимо, фантастически быстро. Во-первых, хватало работы. Освоение лазерных пушек, тренировочные стрельбы на симуляторах, ежедневное обслуживание оружия. Особое внимание Авдеев обращал на безопасность его хранения. Он ведь по должности являлся ещё и офицером охраны. В долгих изнурительных экспедициях случается всякое. Нервные срывы, острые конфликты, жестокие бунты. Потому следовало ограничить доступ к арсеналу. Во-вторых, Максим активно, старательно встраивался в жизнь «Дедала». Нельзя сказать, что это было просто. Некоторые члены экипажа воспринимали молодого человека с явным, глубоко укоренившимся предубеждением. Тем не менее, Авдееву удалось найти общий язык с большинством людей. С остальными он держался корректно, вежливо, в пределах установленных рамок.
Не забывал Максим и о мерах предосторожности. Усердно, настойчиво избегал камер наблюдения, ведущих трансляция на Землю, и, в отличие от других путешественников, никогда не участвовал в сеансах связи. Для персонала Центра Управления его будто не существовало вовсе. Незримый, неуловимый, загадочный. О нём даже не упоминали. Обычная фамилия в списочном составе, не более. У каждого члена команды был свой, строго регламентированный функционал. В чужую сферу деятельности вмешиваться категорически запрещалось. Прежде всего это относилось к инженерно-техническому составу. Только шесть человек имели допуск в двигательный отсек. Причём, Авдеев, несмотря на особый, привилегированный статус, в число избранных не входил. Максим плохо разбирался в данной области, а потому эти ограничения его нисколько не задевали.
Плавно, постепенно набирая скорость, корабль неуклонно приближался к световому барьеру. Позади уже остались орбиты Сатурна, Урана и Нептуна. Впереди была лишь бескрайняя чёрная пустота с мерцающими вдалеке серебристыми звёздами. На борту «Дедала» царило странное тревожно-радостное возбуждение. С одной стороны, никто не знал, что произойдёт с судном, когда оно, преодолев неведомую черту, нарушит все доселе известные законы физики, с другой, людей переполняла гордость и ликование от чувства сопричастности к чему-то великому, непостижимому. Никогда ещё пилотируемые корабли не покидали Солнечную систему. Членам экипажа всё труднее стало сдерживать эмоции. Кульминация наступила во время запуска главного ускорителя. Космические путешественники со страхом и нетерпением ждали этого момента.
Так как Авдеев не имел доступа в машинный отсек, он вместе с непрофильными специалистами наблюдал за происходящим из рубки управления. Сначала «Дедал» сильно, судорожно дёрнулся, затем его носовая часть ярко, неестественно засветилась. В плотной непроницаемой мгле внезапно вспыхнул синеватый чётко очерченный круг. Изменить курс судна было уже невозможно. Повинуясь инерции, корабль нырнул в призрачное пульсирующее сияние, и погрузился в густую обволакивающую пелену. Корпус «Дедала» вдруг ужасно, неистово завибрировал. Казалось, ещё мгновение и судно рассыплется на части, превратится в мелкую межзвёздную пыль. В помещении повисла глухая, мёртвая тишина. Все словно онемели. Нарушить это тягостное, гнетущее молчание никто не решался. Затаив дыхание, с бледными, каменными лицами люди покорно, смиренно прощались с жизнью.
Однако их время умирать ещё не пришло. Судьба смилостивилась над отважными авантюристами. Корабль выдержал чудовищную, запредельную нагрузку, и через несколько секунд дикая, адская дрожь прекратилась. Увы, радость членов экипажа была недолгой. Да, «Дедал» уцелел. Они совершили невероятное, немыслимое – перешагнули световой барьер и всё так же упрямо, настойчиво летели к заветной цели. Но с миром вокруг произошло что-то непонятное, необъяснимое. Гигантская, необъятная вселенная внезапно исчезла. Алмазные россыпи звёзд бесследно испарились. Судно будто окунулось в вязкие, тягучие чернила. С сумасшедшей, убийственной скоростью корабль падал в бездонную, непроглядную бездну. И она, без сомнения, пристально, оценивающе смотрела на отчаянных, безрассудных смельчаков.
Самое неприятное, кошмарное заключалось в том, что люди совершенно не могли повлиять на данную ситуацию. Осторожные попытки маневрировать, как-то изменить скорость ни к чему не привели. Все основные узлы «Дедала» функционировали идеально, безупречно. Ни малейших сбоев, поломок, блокировок. И, тем не менее, двигатель, рули, стабилизаторы работали вхолостую. Судно наотрез отказывалось исполнять команды экипажа. Оно стремительно, неумолимо неслось по исполинской чёрной трубе навстречу неизвестности. В конце концов, люди смирились с новой реальностью. Короткая, сдавленная паника быстро прекратилась. Системы жизнеобеспечения при прыжке абсолютно не пострадали, а значит, дерзкая, беспрецедентная экспедиция продолжалась. Отсутствие связи вполне вписывалось в напряжённый, драматический нарратив. Расстояние до Земли уже слишком велико.
В итоге терпение и упорство путешественников было вознаграждено. Спустя двое суток корабль без всякой причины начал неожиданно замедляться. Члены экипажа ту же бросились на свои штатные посты. Люди строили различные догадки и предположения, от самых оптимистичных до откровенно трагических. Однако финал получился на редкость обыденным, банальным. Лёгкий, едва уловимый толчок и плотная, непроницаемая мгла рассеялась. В космосе опять засверкали мириады звёзд. Эта будничная, ничем не примечательная картина сейчас превратилась в волшебное, божественное чудо. Ничего красивее, величественнее заблудшие космические скитальцы ещё не видели. Всех присутствующих в рубке управления охватило восторженное, пьянящее возбуждение. Они живы, здоровы, полны сил, а тяжёлые, опасные испытания уже остались позади.