Четверг, 19.10.2017, 00:58
Приветствую Вас Сверхновый | RSS




Официальный сайт писателя Николая Андреева

«Апокалипсис... завтра». Книга 2. «Кара небесная». Продолжение...

«Апокалипсис... завтра». Книга 2. «Кара небесная». Продолжение...

Сцена во дворце вообще не поддается разумному, логическому объяснению. До этого момента Нот и Ноема успели обменяться лишь несколькими безобидными фразами. О чувствах, появившихся в сердце, никто не говорил. Они ведь совсем не знали друг друга. Тем не менее, искра любви уже вспыхнула, и ее было не погасить. Глаза часто говорят лучше слов.

Отчаянный поступок девушки – прямое следствие пылких взглядов Нота. Ноема продемонстрировала необычайную смелость, пошла против воли отца, тем самым спровоцировав конфликт с владыкой Токриса. Нот не мог не поддержать ее, хотя прекрасно понимал, что для Броста и Энрота он станет личным врагом. Именно его будут считать виновником скандала. Еще бы! Наглец, выскочка Нот буквально из-под носа увел невесту у токрисианского царевича.

Эта новость мгновенно облетела сначала Айрос, а затем и Руту. Ее долго со злорадным ехидством обсуждали во всех государствах Атлантиды. Чего греха таить, богатых, надменных токрисианцев члены союза откровенно недолюбливали.

Уязвленный Энрот в тот же вечер решил поквитаться с обидчиком. Юноша жаждал мести. Он встретил Нота на улице и вызвал его на поединок. В армии Атлантиды солдаты нередко выясняли отношения таким образом. Дрались обычно тупым оружием, а потому ранения были неопасными для жизни. Если один из противников падал на землю или получал увечье, бой немедленно прекращался. Каждый смертельный случай тщательно расследовался. За преднамеренное убийство безжалостно казнили.

Впрочем, нет правил без исключений. При определенных обстоятельствах военачальники давали согласие на смертельную схватку. Царям, разумеется, никто не мог диктовать условия. Другой вопрос, что они сами старались избегать стычек. Подданным не следовало подавать дурной пример. Кровопролитие внутри союза недопустимо.

Именно так Нот и ответил токрисианцу. Энрот презрительно рассмеялся обидчику в лицо. Он назвал дантийца трусом, способным лишь на соблазнение чужих женщин. Вокруг было чересчур много свидетелей, чтобы Нот не отреагировал на эту провокацию. Он принял вызов. Энрот не оставил ему выбора.

Поединок состоялся спустя два часа в пустынном месте на окраине города. Оба царевича приехали в сопровождении охраны. В качестве судьи они пригласили Тувалкана, старшего брата Ноемы. Если кто-то из них погибнет, не должно быть никаких домыслов.

Энрот скинул плащ, достал меч из ножен. В лучах заходящего Рала сверкнуло стальное лезвие. Отличный клинок. Прочный, надежный, очень острый. Мастеров, работавших с железом, в Атлантиде не так уж много. Изделие из этого металла стоят необычайно дорого. У простых солдат оружие и доспехи из бронзы.

Энрот прекрасно владел мечом. Он атаковал врага смело, напористо, отчасти безрассудно. Сказывалась десятилетняя разница в возрасте. Токрисианец хотел подавить Нота своей активностью. Энрот постоянно маневрировал, совершал выпады, рубил наотмашь. Силы юноша не экономил. Со стороны его преимущество выглядело подавляющим.

Царевич Дантии с огромным трудом сдерживал натиск противника. Кое-как отбиваясь, он отступал к границе круга. Удары по щиту Нота сыпались один за другим. Казалось, еще чуть-чуть и Энрот будет праздновать победу. Видимо, токрисианец и сам поверил в это. Глупец! Он забыл, с кем имеет дело. Нот семь лет воевал с дикарями в Лавии, не раз лично участвовал в сражениях. Дантиец опытный, умелый боец. Убить его не так-то просто.

В подобных поединках главное сохранять спокойствие, не торопиться. Рано или поздно враг допустит ошибку. Терпеливо, хладнокровно Нот готовил противнику западню. Почувствовав, что натиск Энрота ослабевает, он слегка качнулся вправо, тем самым, открыв часть туловища. Для токрисианца это великолепный шанс закончить схватку.

Энрот без раздумий ринулся вперед. Он уже не сомневался в успехе. Сейчас стальной клинок пронзит золоченые доспехи обидчика и войдет в тело. Как же следок миг торжества! Нет, на пощаду дантиец пусть не рассчитывает. Наглецы не заслуживают снисхождения. Даже если враг будет ранен, Энрот непременно его добьет.

Однако планам токрисианца не суждено было осуществиться. События развивались совсем по другому сценарию. В последний момент Нот успел выставить щит. Острое лезвие лишь скользнуло по металлической поверхности. В ту же секунду царевич Дантии резко сократил дистанцию и рукоятью меча нанес противнику сокрушительный удар в лицо. На мгновение сознание Энрота померкло. Юноша упал на землю, шлем слетел с его головы.

Когда токрисианец пришел в себя, то понял, что обречен. Щит валяется в стороне, до оружия не дотянуться. Подняться враг ему не даст. Энрот попытался усмехнуться, но тут же взвыл от боли. Похоже, сломаны лицевые кости и нос. Впрочем, это уже не имело значения. Проклятый дантиец опустился на колено рядом с ним. В его глазах ни малейших эмоций: ни радости, ни ненависти, ни презрения. Абсолютное равнодушие. Рука царевича не дрогнет. Он привык убивать.

Клинок противника почти касается груди токрисианца. Еще немного и Энрот предстанет перед богами. Но как же обидно умирать в двадцать четыре года, в самом расцвете сил! Суровое наказание за юношеское высокомерие. Он слишком опрометчиво бросил вызов опытному воину.

Молодой человек тяжело вздохнул, тихо выругался. Унижаться, молить о пощаде он не будет. Такого позора ему не простят. Царевич Токриса должен принять смерть достойно.

Нот бесстрастно смотрел на поверженного врага. Залитое кровью лицо, обреченный взгляд. Дантиец не испытывал к Энроту ни жалости, ни сострадания. Юный выскочка получил по заслугам. Пора завершать поединок. Меч Нота слегка качнулся. Странно, но с последним ударом он почему-то затянул. Раньше в подобных ситуациях дантиец никогда не медлил. Видимо, боги решили сохранить Энроту жизнь. Для чего? Этого Нот не знал.

Громкий возглас Тувалкана остановил схватку. Царевич Дантии обернулся к брату Ноемы. Он сразу все понял. Токрису и так нанесено серьезное оскорбление, не стоило усугублять конфликт. Рано или поздно Брост отомстит за гибель сына. Кроме того, зачем омрачать праздник убийством? Смерть Энрота вряд ли кого-нибудь обрадует. Нот встал, поднял с земли меч противника. Стальной клинок токрисианца отличный трофей. Пусть мальчишка благодарит судьбу, что так легко отделался.

Энрот покинул Айрос через два дня. На свадьбе Нота и Ноемы он, разумеется, не присутствовал. Впрочем, церемония была необычайно скромной. Устраивать пышные торжества правители Дантии и Руты не рискнули. Слишком неприятная история предшествовала этому событию. Портить отношения с владыкой Токриса себе дороже.

Нот вернулся домой спустя три месяца. Он с молодой женой поселился вдали от Барасоса. Ноема к тому моменту была уже беременна. Уединенный, отдаленный дворец – идеальное место для людей, любящих друг друга. Им никто не мешал.

В столице страны Нот бывал крайне редко. Брат по-прежнему относился к нему с подозрением. Да и отец после инцидента на Руте охладел к младшему сыну. Герой лавийской компании продемонстрировал чрезмерное своеволие. Для жесткого, деспотичного Ламеха такое поведение неприемлемо. Политическая целесообразность важнее чувств.

Проблемы с Токрисом все же возникли. Брост резко ограничил торговлю с Дантией и Рутой. Оба государства понесли огромные убытки. Добровольное отшельничество Нота было весьма кстати. Это выглядело как опала.

С тех пор минуло двенадцать лет. Время течет неумолимо. В густых волосах царевича появилась первая седина. Многое забылось. Но ту сцену во дворце Айроса Нот помнил в мельчайших деталях. Ноема подарила ему трех сыновей. Старшему уже одиннадцать. Как же быстро, незаметно пролетели эти годы мира, покоя и любви! Мужчина грустно улыбнулся. Счастливые люди не считают дни, они наслаждаются жизнью и друг другом.

Пылающий диск Рала поднимался все выше и выше. Лазурная гладь океана искрилась и переливалась. Над головой бездонное голубое небо и редкие белоснежные облака. Разрезая острым носом водную поверхность, корабль стремительно двигался к Паседонису.

За двенадцать лет Нот ни разу не был в столице Атлантиды. И это неудивительно. Вряд ли на Токрисе его ждет теплый прием. Вольно или невольно, что не имеет принципиального значения, дантиец перешел дорогу сразу двум царевичам могущественного государства.

Велон не оправдал надежд Совета. Своим бездарным командованием он едва не погубил армию. Заключив договор с дикарями, Нот спас атлантов от поражения. Слава умного, талантливого военачальника досталась ему по праву. Но именно это обстоятельство и вызывало раздражение у завистников. Токрисианцы с болезненной ревностью относились к успехам других членов союза. И особенно Дантии. Ведь именно она их главный конкурент в борьбе за лидерство.

Велона Нот задел косвенно, а вот с Энротом дело дошло до прямой стычки. Мало того, что царевич Дантии увел невесту у несчастного юноши, он еще и едва не убил его. Подданные Броста негодовали от возмущения. Это явное неуважение, открытый вызов. Появление Нота в Паседонисе могло спровоцировать беспорядки. Страсти улеглись лишь, когда Энрот женился на стакрианской царевне. Тем не менее, дантиец по-прежнему нежеланный гость в крупнейшем городе Атлантиды.

За двенадцать лет он не присутствовал ни на одном Совете. И если честно, от этого абсолютно не страдал. Политика его мало интересовала. Марас мечтает о троне, вот пусть и занимается созданием коалиций и улаживанием торговых споров. Нот демонстративно устранился от решения государственных вопросов. Он уже немолод и ни на что не претендует. Тихая жизнь вдали от городской суеты и дворцовых интриг его вполне устраивала.

К сожалению, все хорошее рано или поздно заканчивается. У Атлантиды слишком много сильных, опасных врагов. И им не нравится, что союз постоянно расширяет свои внешние владения. С маленькими дикими народами справиться нетрудно. Солдаты огнем и мечом заставляют варваров покориться. Взять, к примеру, Лавию. Захватчики сожгли там десятки деревень, убили и продали в рабство сотни людей.

Куда сложнее, если войну объявляет мощная держава, ни в чем не уступающая Атлантиде. Тогда противостояние затягивается на долгие годы. Компания обычно идет с переменным успехом. В итоге ни одна из сторон не добивается победы, и изрядно поредевшие армии возвращаются на исходные позиции. Глупая, бессмысленная, кровавая бойня заканчивается временным перемирием.

На этот раз терпение лопнуло у Бории. Ее войска вторглись в Торрентию и уничтожили несколько гарнизонов атлантов. Весть о вероломном нападении врага быстро разлетелась по всем странам союза. Точных сведений о численности борийцев пока нет, но судя по первым сообщениям, неприятель собрал огромную армию. Это не просто подлая, коварная вылазка, это попытка вытеснить ненавистных атлантов в море, оторвать у них значительную часть территории.

Медлить в подобной ситуации нельзя. Правитель Токриса срочно созвал Совет. Ламех сразу отправил гонца за младшим сыном. Ноту было приказано прибыть в Барасос вместе со всей семьей. Ослушаться отца он не посмел. Уже через три дня корабли двинулись к Паседонису.

За спиной царевича раздалась громкая команда начальника охраны. Из своих покоев вышел владыка Дантии. Нот и Ноема повернулись к Ламеху и почтительно поклонились. Солдаты стукнули древками копий о палубу, матросы поспешно опустились на колени и лишь гребцы, как ни в чем не бывало, продолжали работать веслами. У них тоже есть некоторые привилегии. Правитель небрежно махнул подданным рукой и направился к сыну.

Ламеху семьдесят два года. Возраст сам по себе вызывающий уважение. В Атлантиде люди редко доживали до таких лет. При этом глубоко ошибался тот, кто думал, что владыка слабый, немощный старик. Ничего подобного. Крепкий высокий мужчина с твердой, уверенной походкой. Редкие седые волосы, испещренный морщинами лоб, нос с горбинкой, тонкие, плотно сжатые губы, массивный упрямый подбородок.

Надо честно признать, Нот на отца мало похож. И характером и внешностью он больше в мать, шорокскую царевну. Тот же вытянутый овал лица, те же чуть раскосые глаза, такой же заостренный подбородок. Нот грустно вздохнул. Она умерла восемь лет назад. Между тем, Ламех поднялся на площадку. Правитель остановился рядом с Ноемой, пристально посмотрел на нее, иронично усмехнулся.

- Красивая у тебя жена, Нот, - произнес владыка. – Придется приглядывать за ней в Паседонисе.

- Ваше величество, я верна мужу, - смущенно покраснев, сказала Ноема. – Я никогда ему не изменю.

- Ну, ну, - снисходительно заметил Ламех. – Все так говорят. Вы давно не были в столице Атлантиды. Это город искушений и соблазнов. В нем нет ничего невозможного. Там совсем иная мораль, чем в Дантии. Роскошь и богатство развращают людей. Им постоянно хочется новых удовольствий и развлечений. Мужчины занимаются любовью с женщинами, а женщины отдаются за золото и драгоценности.

- Ваше величество! – вспыхнула Ноема. – Я не какая-нибудь простолюдинка! Я царевна Руты и жена вашего сына. Подобные намеки звучат оскорбительно. Не сомневаюсь, что мой муж оградит меня от чужих посягательств. В крайнем случае, я и сама могу оказать достойный отпор наглецам...

- Не волнуйся, - вмешался Нот. – Я убью любого, кто дотронется до тебя.

- А вот этого не нужно, - произнес правитель. – Никаких поединков! Сейчас не время выяснять отношения с помощью оружия. Тем более с токрисианцами.

- Но должен же я постоять за свою честь! – возразил царевич.

- Должен, - подтвердил владыка. – Но только без стычек и кровопролития. Вы оба чересчур решительно расстроены. Надо спокойнее реагировать на шутки. Даже не совсем тактичные. Нравы во дворце Паседониса вас удивят. В первое мгновение многое шокирует. Будьте готовы к откровенным провокациям. Ни Брост, ни Велон, ни Энрот не забыли нанесенных им обид.

- Зачем ты взял нас с собой? – напрямую спросил Нот. – Ведь знаешь, что я не стерплю унижения.

- Знаю, - кивнул головой отец. – Но выбора у меня нет. Надеюсь на твою выдержку и рассудительность.

Ламех сделал два шага, оперся руками на гладкий край деревянной стенки, защищавшей лучников в бою. Продолжать разговор он не спешил.

- Хорошая погода, - после паузы сказал правитель. – Идеальная для морского путешествия. Голубое безоблачное небо, ветра почти нет… А помнишь, ту страшную бурю, когда мы плыли к Руте? Адские волны швыряли корабль, будто щепку. Я тогда уже попрощался с жизнью. Но боги смилостивились над нами.

- Помню, - произнес сын. – Ведь спустя несколько дней я встретил свою будущую жену.

- Да, - грустно улыбнулся Ламех. – Судьба нередко преподносит нам неожиданные сюрпризы. Представляешь, как бы все повернулось, если бы мы погибли? Ноема стала бы женой Энрота. А твой брат взошел на престол Дантии. Наша смерть сделала бы этих людей счастливыми. Не правда ли, странный парадокс?

- Ты несправедлив к Марасу, - проговорил Нот. – Он не желает твоей смерти.

- Не болтай чепуху, - пробурчал отец. – Твой брат спит и видит себя правителем страны. Это нормально. Я был таким же. Мне не терпелось занять трон. В голове появлялись ужасные мысли.

- К чему ты клонишь? – спросил царевич.

- К тому, что все предначертано заранее, - ответил Ламех. – Мы жалкие игрушки в руках богов.

- Прибыть в Барасос приказал мне ты, а не боги, - заметил Нот.

- Верно, - согласился владыка Дантии. – Но события в мире развиваются по их воле. Ситуация сложная. Очень сложная. Масштабная война с Борией неизбежна.

- Это не моя война, - возразил царевич. – Я семь лет дрался в Лавии. Хватит! Пусть теперь Чедрон демонстрирует смелость и отвагу. Он как раз в том возрасте, когда хочется славы, почета. Ему представляется отличный шанс...

- Это наша общая война! - Ламех гневно сверкнул глазами. – Это война всего союза. Враг бросил вызов Атлантиде. Он пытается изгнать нас из Торрентии, что недопустимо. Потеря столь важного стратегического плацдарма приведет к тяжелым последствиям. Под ударом окажется армия в Морте и Лавии. Опасность будет угрожать даже Стакрии и Токрису. Борийцы сразу начнут строить крупные верфи на побережье и готовиться к вторжению на острова.

- На море мы их разобьем, - уверенно сказал Нот.

- Разобьем, - подтвердил правитель. – Вопрос в том, какой ценой достанется победа? Не нужно недооценивать противника. Борийцы – прекрасные воины. Отчаянные, умелые, жестокие. Мне доводилось с ними сражаться. В плен они не сдаются. На покоренных территориях безжалостно вырезают женщин, детей, стариков. Такого врага нельзя подпускать к границам Атлантиды. Торрентия служила защитной стеной. Сейчас в ней зияет огромная дыра. Я уже не говорю о том, что это довольно богатая страна.

- И мы ее беззастенчиво грабим, - иронично вставил царевич. – Зачем делиться добычей с другими народами...

- Твой сарказм неуместен, - раздраженно произнес Ламех. – Сильные государства должны расширяться. Им постоянно требуются новые земли.

- И особенно рабы, - добавил Нот.

- Бессмысленный спор, - пробурчал владыка Дантии. – У нас с тобой слишком разные взгляды на мир. В любом случае ты будешь делать то, что я прикажу.

- Разумеется, ваше величество, - сын покорно склонил голову перед отцом.

Правитель тихо выругался. Он добивался не этого. Ссориться с Нотом Ламех не собирался. Владыка Дантии надеялся найти у сына понимание. Не получилось. Путешествие в Паседонис не доставляло царевичу ни малейшего удовольствия. Тяжело вздохнув, правитель после паузы проговорил:

- Я долго думал, прежде чем принять решение. Оно далось мне нелегко. Конечно, было бы гораздо проще назначить командующим армии Чедрона. Младший сын Мараса рвется в бой. Ему двадцать один год. Юноша жаждет вписать свое имя в историю.

- Так в чем проблема? – недоуменно спросил Нот. – Удовлетвори его желание. Дай Чедрону прославиться. Он храбр, силен, уверен в себе.

- Вот, вот, - горько усмехнулся Ламех. – Чересчур уверен. Мальчишка вспыльчив, горяч, неуравновешен.

- Во время боя эти недостатки часто превращаются в достоинства, - возразил царевич. – Его бесстрашие вдохновит солдат, заставит их драться с удвоенной яростью.

- Возможно, - произнес владыка Дантии. – В нашем роду никогда не было трусов. Я ничуть не сомневаюсь в смелости Чедрона. Юноша действительно способен повести за собой бойцов. Но одного геройства для победы мало. В трудные, критические моменты битвы военачальник обязан сохранять хладнокровие и рассудительность. Он должен управлять армией, а не бросаться с обнаженным мечом на врага. Такими качествами Чедрон, к сожалению, пока не обладает.

- И потому ты вызвал меня, - догадался Нот.

- Да, - сказал правитель. – Именно ты будешь командовать войсками Дантии в торрентийской компании. Чедрон отправится с тобой. Пусть учится, перенимает опыт.

- Вряд ли это понравится юноше, - заметил царевич.

- Его мнение меня не интересует, - жестко отреагировал Ламех. – Я лучше знаю, что правильно, а что нет. Надежный помощник тебе не помешает.

Нот внимательно посмотрел на отца. Владыка стоит, широко расставив ноги, руки заложены за спину, подбородок надменно вздернут. Бедняга Марас. Похоже, он еще не скоро взойдет на трон. Силы и здоровье вполне позволяют Ламеху править страной. На тот свет старик явно не торопится.

Впрочем, отец определенно чем-то взволнован. В его голосе отчетливо звучит тревога. Этот разговор он начал неспроста. Раньше столь откровенно владыка Дантии с сыном не беседовал. Виной тому, скорее всего, приближающаяся столица Атлантиды. Ламех хочет прояснить некоторые детали до прибытия в Паседонис.

- У тебя есть какие-то опасения? – негромко спросил царевич. – Считаешь, что война с Борией может завершиться неудачно?

- Даже мысли такой не допускаю, - возразил правитель. – Мы победим, непременно победим. Иначе Атлантиду ждет катастрофа...

- Тебя что-то беспокоит, - настойчиво произнес Нот. – Не тяни, говори.

Владыка грустно усмехнулся. Вот она старость. Он разучился скрывать эмоции, стал плохо себя контролировать. Да и сын давно уже не мальчишка. Обмануть его нелегко.

- Ты наблюдателен, - сказал Ламех. – Похвальное качество. Придется посвятить тебя в кое-какие тайны. Предстоящий Совет не сулит нам ничего хорошего.

- Почему? – царевич отступил к жене. – Разве война с Борией не общее дело?

- Общее, - кивнул головой правитель. – И атланты будут сражаться с врагом не на жизнь, а на смерть. Однако никогда нельзя забывать о политике. У Токриса появляется великолепная возможность ослабить своих соперников, и в первую очередь – Дантию.

- Ничего не понимаю, - выдохнул Нот. – Причем здесь политика?

- Видишь ли, - проговорил Ламех, - союз давно раздирают острые противоречия. Ты, кстати, немало этому поспособствовал. Сформировались две непримиримые коалиции. Одну возглавляет Брост, другую я. Увы, меня поддерживает меньшинство. В обычных условиях это ничем нам не грозит, но во время войны все меняется. Члены союза обязаны подчиняться решению большинства. Таков древний закон. И он неоспорим.

- Отец, давай без намеков, - произнес царевич. – К чему ты клонишь? В чем смысл этих политических хитросплетений? За двенадцать лет я отвык от дворцовых интриг, ото лжи и фальши.

- Придется снова привыкать, - сказал правитель. – В Паседонисе нельзя никому верить. Люди часто говорят одно, а делают совершенно другое. Каждый заботится лишь о себе и своей стране. Смысл прост. Разведчики сообщили, что в Торрентию вторглись примерно семьдесят тысяч борийцев.

- Огромная армия, - заметил Нот.

- Гигантская, - поправил сына Ламех. – И цифра неокончательная. Подсчет вражеских войск затруднен. Данные поступают крайне противоречивые. Обозы и вспомогательные отряды не учитываются. Чтобы нанести неприятелю поражение, нужно собрать около ста тысяч бойцов.

- То есть, Совет потребует от Дантии десять тысяч солдат, - констатировал царевич.

- В лучшем случае, - проговорил правитель. – Боюсь, условия будут еще жестче. Всадники, колесницы, осадные машины...

- Но где мы возьмем столько воинов? – изумленно спросил Нот.

- Призовем на службу крестьян и ремесленников, - ответил Ламех. – Соответствующие распоряжения Марасу я уже отдал. Он объявил набор добровольцев, обещает им хорошо заплатить.

- И казна потянет такие расходы? – произнес царевич.

- Не знаю, - честно признался правитель. – Чтобы доставить армию в Торрентию, я буду вынужден нанять торговые суда. Боевых кораблей не хватит.

- Мы разоримся, - бесстрастно сказал Нот.

- Не исключено, - согласился Ламех. – Но возражать бесполезно. Брост настоит на своем. Токрис гораздо богаче нас и может позволить себе подобные траты.

- А как же другие государства? – уточнил царевич. – Для них это решение равносильно самоубийству. Вряд ли они проголосуют за предложение Броста.

- Ошибаешься, - горько усмехнулся правитель. – Все прекрасно понимают, что борийцев надо разгромить. Торрентию следует вернуть любой ценой. По данному вопросу споров не возникнет. Ну, а дальше в ход пойдет политика. Кому-то Токрис даст золото, кому-то солдат.

- И мы снова окажемся в меньшинстве, - догадался Нот.

- Да, - подтвердил Ламех. – Подкуп в Совете обычное явление. Дантия будет обязана выставить необходимое количество бойцов. Но это не главная проблема. С ней мы как-нибудь справимся. Беда в том, что командующим войсками союза назначат непременно токрисианца. Велон в Лавии не оправдал надежд, младший сын Акрила еще подросток, а потому во главе армии станет Энрот. Он амбициозен, тщеславен, честолюбив. И уже немолод. Идеальный вариант.

- Проклятье! – выругался царевич. – Энрот ненавидит Дантию.

- Именно, - проговорил правитель. – Я не сомневаюсь, что во время сражения он поставит наших солдат против лучших бойцов Бории. Цель очевидна – разбить врага и одновременно ослабить основного конкурента. Токрисианцы необычайно хитры. Такой шанс свести счеты с Дантией Энрот не упустит. Вот почему я не могу доверить войска Чедрону. Горячность юноши чревата для страны катастрофой. Не хочу остаться без армии. А он, не раздумывая, ринется у гущу событий...

- Нужно помешать назначению Энрота, - сказал Нот.

- Попытаюсь, - Ламех тяжело вздохнул. – Но на успех я не надеюсь. У нас мало сторонников. Кроме того, неизвестно какие сюрпризы приготовил членам Совета Брост. Он опытный политик и умеет убеждать людей.

- Ты надеешься, что мне удастся сохранить солдат, - произнес царевич. – Есть какой-то план?

- Нет, - правитель отрицательно покачал головой. – Будешь действовать по обстоятельствам. В открытый конфликт с Энротом не вступай. Он может обвинить тебя в измене. Такой вариант тоже исключать нельзя. Если мы потеряем армию, то лишимся влияния в Союзе. Долгие годы на Дантию будут смотреть, как на слабое, ничтожное государство. С нами перестанут считаться. Задача сложная, очень сложная, но ты справишься.

- Постараюсь, - уклончиво ответил Нот.

Царевич невольно бросил взгляд на токрисианский берег. Серые неприступные скалы. Зловещие, неприветливые, угрожающие. Ничего конкретного обещать отцу Нот не хотел. Слишком мало информации. Сведения о борийцах неточны, ситуация в Торентии до конца неясна, а Совет еще не принял никаких решений. Может, слухи о силе врага сильно преувеличены.

Куда больше царевича беспокоила обстановка внутри союза. Атлантида никогда не была единой страной. У каждого острова свои интересы: торговые, военные, территориальные. Сплотиться их заставило лемийское вторжение. Чтобы выжить, правителям пришлось забыть о старых обидах.

Мудрые предки приняли ряд общих, основополагающих законов. Пока они соблюдаются. Хотя борьба за лидерство в союзе идет нешуточная. В средствах владыки государств не церемонятся. Токрис и Дантия постоянно пытаются ослабить друг друга. Отношения между ними обострились до предела и давно перешагнули разумную грань. Война с Борией на время сгладит эти противоречия. Но что будет дальше? Не передерутся ли союзники из-за дележа добычи?

А если Брост захочет властвовать над всей Атлантидой? Изрядно поредевшие, обескровленные войска конкурентов не сумеют оказать ему должного сопротивления. Победа над борийцами безусловно укрепит позиции Токриса. Отец, пожалуй, прав. Ставки в данной игре чрезвычайно высоки. Риск для правителя Дантии непозволительная роскошь. Назначение Нота командующим армией вполне оправдано.

- Сто тысяч солдат - серьезная сила, - проговорил царевич. – На сборы потребуется несколько месяцев.

- Совет установит жесткие сроки, - сказал Ламех. – Из дальних стран корабли с воинами уже плывут к Паседонису. Медлить нельзя. Враг двигается быстро и скоро захватит все наши города на побережье.

- Значит, в Барасос мы уже не вернемся, - заметил Нот.

- Я вернусь, - поправил сына правитель. – Ты останешься в столице Атлантиды. Будешь ждать прибытия флота. Его приведет Чедрон. Сам сказал, что отвык от светской жизни, дворцовых интриг. Пора восстанавливать утраченные знания и навыки. Ноема тебе поможет. Она умная женщина и сердцем чувствует ложь и фальшь.

- Вы мне льстите, ваше величество, - смущенно произнесла Ноема.

- Ничуть, - возразил Ламех. – Я крайне редко ошибаюсь в людях. У тебя есть дар, который дается немногим. Но будьте осторожны. Жена Энрота не отличается красотой. По слухам он пренебрегает ее любовью и часто развлекается с другими женщинами. Для Паседониса это обычное явление. Токрис погряз в грехе и пороке. Ноема обязательно привлечет внимание Энрота.

- Ему не удастся меня соблазнить, - мгновенно отреагировала женщина.

- Я в тебе не сомневаюсь, - проговорил правитель. – А вот Нот после обильных возлияний может увлечься какой-нибудь привлекательной особой. Когда мужчина пьян, он плохо контролирует свои поступки.

- Ты обо мне невысокого мнения, - иронично усмехнулся царевич.

- Я невысокого мнения обо всех мужчинах, - бесстрастно сказал Ламех. – Обольстительные, обнаженные красавицы часто делают из нас дураков. В политике не бывает мелочей. Тем более что Энрот жаждет отомстить тебе. Идеальный вариант – разрушить ваши отношения с Ноемой. И если повезет, склонить ее к близости. Она ведь будет ревновать, злиться. В гневе мы часто совершаем ошибки.

- Зачем же ты заставил меня взять жену с собой? – недоуменно спросил Нот.

- Не только жену, но и детей, - произнес правитель. – Неужели не догадываешься?

- Чтобы оградить от искушений? – проговорил царевич.

- Это, во-первых, - сказал Ламех. – Паседонис кому угодно вскружит голову. А во-вторых, война с Борией может затянуться. Вытеснить противника из Торрентии мало, его надо разбить, уничтожить. Вас ждет долгая разлука. Это суровое испытание.

- Спасибо, ваше величество, - Ноема смахнула со щеки предательски набежавшую слезу. – Вы так добры...

- Не питай иллюзий на мой счет, - пробурчал правитель. – Я корыстен и преследую собственные интересы. Родная страна – это, прежде всего, близкие люди. Нот любит тебя и детей. Он будет сражаться за вас, а значит и за Дантию.

- Когда я смогу вернуться домой? – уточнил царевич.

- Когда войска Атлантиды достигнут границ Бории и поставят врага на колени, - произнес Ламех.

Владыка неторопливо зашагал к лестнице. Нот и Ноема снова остались одни. Теперь женщина не скрывала своих эмоций. Уткнувшись лицом в грудь мужа, она тихо плакала. Царевич крепко, ласково ее обнял. Слова сейчас не нужны. Утешить, успокоить Ноему все равно не удастся.

Нот никак не думал, что в сорок пять лет ему опять придется воевать. Неприятный, крайне болезненный удар судьбы. Он в неплохой физической форме, но былой силы, скорости, выносливости уже нет. Долгие переходы утомляют, пальцы не так уверенно сжимают рукоять меча, а выпады не столь стремительны. Без тяжелых, изнурительных тренировок не обойтись. Царевичу будет, чем заняться в Паседонисе.

Нравится
0

Обсудить в форуме...


Меню сайта

  • Новости
  • Об авторе
  • Библиография
  • Купить книги New!
  • Новые романы (отрывки)

  • Реквизиты
  • Галерея
  • Карта
  • Форум
  • Обратная связь
  • Форма входа

    Поиск
    Календарь
    «  Октябрь 2017  »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
          1
    2345678
    9101112131415
    16171819202122
    23242526272829
    3031
    Наш опрос
    Ваш любимый персонаж из цикла "Победитель"?
    Всего ответов: 3649
    Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0